Публикации

Вперед..»

Святая русская семья

В этом году исполняется 10 лет со дня прославления Русской Православной Церковью царственных страстотерпцев в лике святых. Канонизация семьи последнего российского императора имела как своих горячих сторонников, так и убежденных противников. Аргументы обеих сторон известны, в большинстве своем они весомы. Прославление состоялось, акт о канонизации содержал чрезвычайно аккуратные, выверенные формулировки. За прошедшее десятилетие страсти улеглись, и теперь мы можем задаться вопросом: кто для нас святые царственные страстотерпцы?
 

Чтобы приблизиться к истине, будем помогать себе наводящими вопросами. Поскольку центральной фигурой здесь является глава семьи и глава России - святой царь Николай II, речь пойдет прежде всего о нем.

Был ли Николай II гениальным государем, мудрым политиком, талантливым полководцем? История свидетельствует, что такие определения вряд ли могут быть приложены к последнему нашему императору. Конечно, найдутся люди, которые будут доказывать, что продолжение внутренней политики Александра III было единственно правильным решением, что проигранная японская война - едва ли не победа и что русская революция - исключительно результат темных дел мировой закулисы... Но создается впечатление, что подобные воззрения - это подгонка решения под ответ. Царь Николай свят? Свят. Следовательно, он гениален и проч. Но должен ли, если можно так выразиться, святой быть гениальным? Является ли определяющим критерием канонизации успешность в земных делах? Если ответ - положительный, то мы, вероятно, уже не в Православной Церкви.

Был ли Николай II идеалом христианского государя? И здесь не всё так просто. Государь Николай Александрович не отвоевал у неверных Святую Землю - да и не пытался. Не может без оговорок он быть назван и послушным сыном Церкви, ибо по установлению своего пращура Петра Великого сам считался главой Православной Греко-Российской Церкви, перемещая архиереев с кафедры на кафедру по своему усмотрению. Что же касается канонизации святых в царствование Николая II, то стало уже общим местом упоминание о том противодействии, которое оказывал Синод прославлению, к примеру, преподобного Серафима Саровского. Опять не получается благостной картины.

Был ли Николай II хотя бы просто благочестивым человеком? И тут не всё очевидно. Агиографический канон требует, чтобы будущий святой с самого раннего детства являл знаки избранничества, удалялся от мирских утех, будучи ребенком, напоминал старика и т. д. Однако юношеские дневники будущего царя рисуют нам молодого человека хотя и доброго, но подчас довольно легкомысленного и поверхностного. С годами он, как и многие люди, становится мудрее. Но рядом с престолом - Распутин. А сам государь страдает страстью табакокурения. Что же делать? Если царь святой - то и Распутин достоин прославления? А если человек курит - то как он может быть святым? Неразрешимая ситуация, если запихивать живую жизнь в вычитанные из благочестивых книжек каноны.

Был ли Николай II хорошим семьянином? Несомненно. Именно в семье он черпал силы для несения своего нелегкого служения, здесь он находил утешение и нравственную поддержку. Именно в семье царь был самим собой, лучшие его качества и черты раскрывались в присутствии самых дорогих и близких ему людей. Ему не было скучно со своей женой и детьми. Напротив, тяготила его шапка Мономаха. Но управление государством он считал своим священным долгом и, сознавая собственную неприспособленность к подобной деятельности, возлагал упование на Бога, Который, конечно, не случайно поставил на царство молодого Николая, несмотря на все его несовершенства. И Господь помогал Своему помазаннику. И помогала ему его верная и любящая супруга.

Многие современники свидетельствовали, что семья императора резко выделялась на фоне ближайшего окружения. Искреннее благочестие царя и его домашних казалось ханжеством, склонность к уединению и семейному общению - чудачеством. Но венценосная чета и их дети не были детьми века сего: они делали так, как велело сердце.

Конец царской семьи, по разумению этих самых сынов века сего, был страшен: разом убиты и родители, и дети. Но мы, христиане, понимаем: эта смерть - несомненное свидетельство того, что Господь любил эту семью. И они любили Господа и друг друга - до смерти. Ибо крепка, как смерть, любовь.

С недавнего времени у нас стал культивироваться День семьи, любви и верности, приуроченный к памяти полуфольклорных Петра и Февронии Муромских. Я не ощущаю этот день как праздник. Мне вообще странны подобные идеи. Но уж если искать образ идеальной семьи - не легендарной, а такой, о которой известно практически всё, о которой хранится живая память, - то это, конечно, семья последнего русского царя. Но уже слышу возражения: «Ведь они умерли такой страшной смертью! Нам, возрождающейся России, нужен позитив (и креатив, конечно). А тут так всё мрачно! Нет-нет, нам лучше дайте Петра и Февронию - тут всяк будет волен выдумывать свою благостную картинку». Что на это ответить? Вот что.

Может быть, это страшные слова. Может быть, эти слова - на самом деле выше того, что я сам могу понести. Может быть, это всего лишь слова. Но я уверен: для любой христианской семьи такая смерть, какой Господь удостоил царскую семью, - это величайшая награда и благо («Но сердце, как бы ты хотело, чтоб это вправду было так...»). Тот свет любви и воскресения, который был явлен в темном подвале Ипатьевского дома, - он осветил и освятил всю предыдущую жизнь царя и его близких. Это поистине драма со счастливым концом - да не покажется это кому-либо кощунством.

Как сказал поэт, «смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать». Такая смерть и такая любовь - безусловно стоят.

Если вернуться к первоначальному нашему вопросу - кто для нас святые царственные страстотерпцы? - то я бы ответил так. То возрождение России, о котором говорят уже не первое десятилетие, мы не без оснований связываем с новомучениками и исповедниками Российскими и, в частности, с царской семьей: не может быть, чтобы наши предки, предстоящие ныне престолу Божию, были бы равнодушны к судьбе потомков. Но, думается, надежды на будущность нашего отечества вряд ли стоит связывать с явлением некоего нового царя, который, по молитвам святого царя Николая и в силу собственной гениальности, сразу всё исправит и наладит. Разве что он будет подобен тому царю, который «Россию вздернул на дыбы». Нет, это самое пресловутое возрождение должно идти снизу, а именно - от семьи. И вот сейчас, когда само сохранение института семьи оказывается под вопросом, можно и нужно молиться святым царственным страстотерпцам, чтобы они дали нам - и родителям, и детям - мудрости и верности, любви и упования на Бога. А если будут у нас христианские семьи, то оздоровится и всё общество, а там и государство.

Святые царственные страстотерпцы, вразумите и укрепите нас! Аминь.

священник Феодор Людоговский

Интернет-издание "Татьянин день"

Вперед..»