Здравствуйте, Евгений.

В ответ на ваш вопрос приведу материал "Унынию - бой" духовника Ново-Тихвинского женского монастыря и Свято-Косьминской мужской пустыни (с. Костылева Верхотурского уезда).

Уныние — это страсть, которая знакома всем. Она проявляется по-разному, часто прикрывается каким-то благопристойным видом и поэтому ее бывает трудно различить. Но уметь различать ее нужно, потому что страсть эта коварна и очень опасна. Она, как говорит преподобный Иоанн Лествичник, есть всепоражающая смерть. Что такое уныние? Оно проявляется в двух видах – иногда как невыносимая скука, тоска, а иногда как лень и безразличие к духовным занятиям. В последнем случае человек может внешне вовсе и не иметь унылого вида, напротив, может веселиться, шутить и относиться ко всему с какой-то живостью. Ко всему – кроме чтения Священного Писания, молитвы и прочих духовных занятий.

Люди неверующие вследствие пустоты в душе часто находятся в состоянии сильнейшего уныния. Я думаю, что большинство случаев так называемой депрессии — это именно уныние в крайней степени. Расскажу такой случай из своей молодости. У одного человека, которого я близко знал, отец покончил с собой. И этот молодой человек впал в состояние депрессии — до такой степени, что неделями лежал лицом к стене, и ничего ему было не надо. Мама у него была неверующая, имела среднее педагогическое образование и потому считала, что она все знает. И она своими нравоучениями еще больше его доводила. Кончилось тем, что их соседка, верующая бабушка, пожалела этого парня и уговорила его, чтобы он пошел в церковь. Он стал ходить в храм. Мало чего понимал, мало чего соблюдал, но время от времени ходил. Ему сразу стало значительно легче. Потом он познакомился с нашей компанией, втянулся в нее, а поскольку мы старались вести христианскую жизнь, более или менее строго соблюдать посты, то и он тоже стал вести себя так же. Ему стало еще легче. Потом, когда мы рассказали ему об Иисусовой молитве, о том, как бороться со страстями и в частности с унынием, он начал следить за своей душой, молиться и совершенно бросил всякие лекарства, стал нормальным человеком. Правда, ему приходилось врачам лгать. Они его спрашивали: «Ну, как?», он говорил: «Ничего». «Пьете лекарства?» — «Пью, очень помогает». Если бы он сказал, что не пьет, так они его, может быть, насильно бы в больницу положили — такое время было. А на самом деле он ничего не принимал. Вот пример того, что депрессия — это просто душевное состояние человека, уныние от того, что в душе нет Бога.

Такое состояние свойственно очень многим. Более того, мы видим вокруг себя людей, находящихся не только в унынии, но в глубочайшем отчаянии. Один знаменитый подвижник нашего времени — схиархимандрит Софроний (Сахаров) говорил, что современное неверие — это следствие отчаяния, все человечество впало в отчаяние. То есть люди чувствуют такую безысходность, так они отчаялись в своем спасении, что уже отрицают бытие Божие, для того чтобы можно было жить спокойно. Но тоска от этого только усиливается, и человек старается чем-то ее заглушить. Например, начинает пить и пытается этим грубым способом обрести какое-то душевное спокойствие. Более изысканный способ заглушить внутреннюю тоску — стремление человека к наслаждению произведениями искусства, к некоей отвлеченной деятельности.

Но, конечно, было бы неправильно говорить, что у верующего человека уныния не бывает. Бывает, и очень часто. Я сейчас не буду говорить об унынии как о тяжкой брани, наводимой демонами, а скажу о том виде уныния, который встречается наиболее часто — о лени. Так называет уныние преподобный Григорий Синаит. Когда он перечисляет главные страсти, то вместо слова «уныние» говорит «лень«. Это та же самая лень, только по отношению к духовным и нравственным предметам. Не хочется ходить в храм, не хочется молиться, читать Священное Писание и вообще трудиться над своей душой. Почему? Потому что мы видим, как много в нашей душе страстей и как много надо сделать, чтобы ее очистить. Как в жизни бывает: приходишь, видишь, что надо дров нарубить огромную кучу, и сразу думаешь: «Да ну! Может, как-нибудь перетерпим, померзнем, в тулупчик укутаемся, одеялом укроемся…» В Отечнике есть такой хороший пример. Отец отправил сына возделывать поле. Тот пришел, увидел, что оно все заросло сорной травой, приуныл и лег спать; потом встал, посмотрел на поле и опять лег спать. Так он поступал в течение нескольких дней. Когда пришел отец и спросил, почему он до сих пор ничего не сделал, тот ответил, что он впал в уныние оттого, что много работы, и поэтому спал. Тогда отец сказал ему, что если бы он каждый день очищал хотя бы такую площадь, какую занимает во время сна, то дело бы уже продвинулось. Сын взялся за работу и с Божьей помощью постепенно все очистил.

Это всем знакомо. Когда работы много, человек пугается, опускает руки и начинает думать, что «всей работы все равно не переделаешь». Это наше свойство, проявляющееся в обычных человеческих делах, занятиях, дает о себе знать и в духовной жизни. Не дается нам что-то — и мы сразу бросаем: «Не получается у меня сразу помолиться как Илия пророк, по молитве которого пошел дождь, тогда я и совсем не буду». Или: «Я уже целых три дня подвизаюсь, а у меня еще нет непрестанной молитвы — что ж такое?» Или: «Я уже три года хожу каждое воскресенье в храм, а бесстрастия у меня еще нет — как же так?»

Нам кажется, что нашему унынию есть оправдание: «У меня не получается». Но это действительно лишь оправдание. Ведь если у человека бывают неудачи в каких-то житейских делах, то что он делает? Вот хотел он поступить в институт, но не подготовился и не смог сдать, допустим, химию. Что он начинает делать, если все же хочет учиться в этом институте? Нанимает репетиторов, тщательно готовится, учит именно химию. В следующем году ему удается сдать экзамен — и он поступает в институт. Никто этому не удивляется. Все нормально. Так же и в духовной жизни: когда человек хочет приобрести какую-либо добродетель и почему-то терпит неудачу, он тоже должен сделать вывод о том, почему так произошло и в каком отношении ему нужно исправиться. Допустим, он все делает правильно, но поддается гордости. Следовательно, ему надо обратить внимание на борьбу с ней. Или: он все делает прав